Олег Торбасов, член ЦК РКСМ(б)


К вопросу о символике РКСМ(б)

Съезд РКСМ(б) решил не принимать символику в спешке и провести конкурс. Это было очень правильно, так как выбор эмблем — дело непростое и ответственное. Эта статья призвана привлечь внимание к вопросам эмблематики, требующим особой осторожности и деликатности.


Советская эмблематика

Красный цвет символизирует во всем мире революционную борьбу против эксплуататоров. Впервые он был применен в этом значении во время антифеодального восстания иранских крестьян в провинции Торган в 162 году хиджры (778-779 гг.). Одно из последних использований красного цвета во время восстаний на Востоке в доимпериалистическую эпоху относится к 1850-1864 гг., когда красные военные знамена применялись во время восстания тайпинов в Южном Китае.

В Европе красный цвет получил значение символа восстания народа против тирании монархии начиная с 1789 года, когда он был отнят как регальный цвет у короля и стал цветом санкюлотов и якобинцев, носивших красные шапочки и шарфы. В 1832 и 1848 годах красный цвет был цветом восставших во Франции и Германии революционных масс, участвовавших в буржуазно-демократической революции своими отдельными отрядами и объединениями. А с 1871 года, после Парижской коммуны, красный цвет становится символом пролетарского международного революционного движения. Именно как таковой его с 1876 года принимают русские революционеры, а с 1898 года красное знамя становится партийным знаменем РСДРП.

Красная пятиконечная звезда — одна из первых советских эмблем, возникшая в период весны-осени 1918 года как эмблема регулярной Красной Армии, Выбор этой эмблемы для РККА объяснялся следующими причинами. Во-первых, её форма представляла собой пентаграмму (древнейший символ охраны, безопасности). Во-вторых, красный цвет символизировал революцию, революционное войско. В-третьих, само понятие звезды как символа стремления к высоким идеалам также имело значение. Предложила эмблему Военная коллегия по организации Красной Армии, в частности фактическим создателем этой эмблемы для Красной Армии был К. Еремеев — первый советский командующий войсками Петроградского военного округа, председатель Комиссии по формированию РККА.

С осени она стала изображаться с вписанным в её центр «малым гербом РСФСР» — серпом и молотом. В этом виде красная пятиконечная звезда как эмблема Красной Армии была закреплена в течение всего периода 1918-1946 годов, а затем стала эмблемой Советских Вооружённых Сил.

С 1923 года символ пятиконечной звезды стал использоваться в гербе СССР как фигурное дополнение к девизу «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», и потому такая красная звезда считалась эмблемой международной солидарности трудящихся. Отсюда её пять лучей объяснялись как пять континентов, где идет борьба между трудом и капиталом. Эта эмблема, естественно, должна была отличаться от эмблемы РККА, и поэтому в центре гербовой звезды не было серпа и молота. Однако до 1936 года изображение постоянно варьировалось. Только по новой конституции было установлено стабильное изображение пятиконечной красной звезды с узким золотым кантом и со сторонами, расходящимися под углом 120°. После второй мировой войны, в 1949 году угол был увеличен до 125°.

Невнимательность иной раз приводила к тому, что советская звезда оказывалась золотой. Золотые звезды имеют в гербе и на флаге Китай, Вьетнам, Ангола, Индонезия, Конго, Мавритания, Буркина-Фасо, Суринам. Красные же звезды СССР, СФРЮ, НРБ, ВНР, НСРА имели только золотую окантовку.

Внимательное отношение Владимира Ильича к эмблематике подтверждает случай с мечом в советском гербе. Обычно приводят стандартные, приписываемые Ленину слова в передаче В.Д. Бонч-Бруевича: «Меч — не наша эмблема», а также то, что Ленин вычеркнул меч из представленного ему рисунка герба РСФСР.

Однако причины этого резко отрицательного отношения даже в то время не для всех были понятны, так как незнакомые с геральдикой люди рассматривали меч не на фоне его исторического значения в геральдике, а просто как эмблему, отражающую военную твёрдость, готовность к защите себя оружием. Ленину пришлось объяснять, что меч в мировой геральдике — эмблема и военного верховенства, и наступательного оружия.

Эти убеждения не доходили до сознания тех, кто коллективно обсуждал вопрос об утверждении состава новых советских эмблем, о будущем гербе республики. Уже после вышеприведенного высказывания Ленина за период с 17 апреля по 23 сентября 1918 года вопрос о советском гербе и о внесении в него эмблемы меча или пятиконечной звезды, то есть также военной эмблемы, обсуждался десять раз на заседании Совнаркома и его комиссии (Малого Совнаркома). Это значит, что вопрос о военных эмблемах в советском гербе всё ещё не был фактически решён даже тогда, когда Съезд Советов уже в целом принял конституцию. Одно это говорит о том, что вопрос о советских эмблемах был далеко не очевиден для многих. В.И. Ленину ещё трижды пришлось выступать на заседаниях правительства против включения меча в герб, ибо Малый Совнарком трижды восстанавливал меч большинством голосов после 17 апреля, несмотря на резкие, категоричные протесты Ленина. В последнем протоколе было записано: «Вопрос о мече, оставшийся спорным, решить после предварительного маленького совещания, имеющего быть завтра». Однако это совещание так и осталось не запротоколированным, и не известно даже, кто на нём присутствовал. Тем не менее 10 июля съезд Советов по предложению Я.М. Свердлова утвердил текст конституции, где при описании герба в статье 89 упоминание о мече отсутствовало. Это означает, что только на последнем, пятом по счёту, совещании, посвящённом вопросу о мече, Ленину удалось отстоять свою точку зрения и, главное, найти ей поддержку.

Возникает, однако, вопрос: кто же были те люди, которые столь настойчиво сопротивлялись ленинскому предложению, и каковы были их аргумент в защиту своей точки зрения? Вопрос этот обычно обходится в литературе, посвященной советской геральдике. Между тем выяснить истину и понять причины противодействия ленинской линии со стороны определённых лиц важно потому, что это дает ключ к уяснению принципиальных вопросов советской геральдики, и потому, что этот первый геральдический спор в советском руководстве намеренно не придавался гласности именно теми, кто потерпел в нём поражение и видимо, поэтому не оставил документальных следов (протокола) этого события.

Мы знаем, что органом, который коллегиально противодействовал Ленину в этом вопросе, был Малый Совнарком, который в то время возглавляли М.Ю. Козловский, А.В. Галкин, П.И. Стучка. Именно они, поддержанные Ю.М. Стекловым (Нахамкесом, автором проекта конституции) и М.И. Лацисом (членом коллегии ВЧК) и при доброжелательном нейтралитете секретаря Совнаркома Н.П. Горбунова, являлись главными сторонниками введения меча в советский герб. Все перечисленные лица были профессиональными юристами, и их спор о геральдическом применении меча вовсе не покоился на политически разных мнениях, но они становились на чисто формальную точку зрения и предлагали поэтому не считаться с исторически сложившимся значением меча как эмблемы, а исходить из его одинакового значения для всех стран Европы с 1789 года как одного из античных атрибутов правосудия, а именно как эмблемы возмездия, наряду с двумя другими атрибутами — щитом и весами (т.е. эмблемами защиты и справедливости).

Все эти три атрибута, приданные Фемиде — женщине с повязкой на глазах, составляли аллегорически-эмблематическое изображение понятий «закон», «правосудие». Ленин был категорически против того, чтобы использовать в советском гербе эту эмблему буржуазного правосудия. Заимствовать один из атрибутов буржуазной эмблематики было для Ленина нисколько не лучше, чем заимствовать меч как дворянскую эмблему военного верховенства. Не спасало положения и то, что сторонники включения меча называли его «карающим мечом революции» (особенно М.И. Лацис как член коллегии ВЧК. Во-первых, эмблемы применяются без комментирующих надписки и их смысл целиком связан с традицией их применения, с их историей и не может быть изменён по чьему-либо желанию. Во-вторых, революция лишь в определённый период, да и то вынужденно, применяет этот «карающий меч», как подчеркивал Ленин, и потому не может включать эту эмблему в свой герб.

Начиная с 1970-х годов в советской эмблематике и символики нарастают тенденции забвения принципов социалистической геральдики, утраты теоретических и практических навыков по созданию, сохранению и толкованию социалистических эмблем. В этот период создаются эклектические, неправильные с социалистической точки зрения и неграмотные с геральдическо-технической точки зрения эмблемы, гербы и геральдические композиции.

Прежде всего это относится к изменениям в гербах РСФСР, Узбекистана и Литвы по конституциям 1978 года. Во-первых, эти изменения касались унификации всех гербов союзных республик, что смазывало их национальные различия; во-вторых, эта унификация была вызывающе безграмотна и не только не диктовалась необходимостью, но и политически, и геральдически была недопустимой как с внутрисоюзной, так и с международной точки зрения, ибо была направлена на дискредитацию социализма. Так, в герб РСФСР был впервые с 1918 года введен военный элемент — эмблема пятиконечной звезды, хотя В.И. Ленин неоднократно протестовал против включения в герб РСФСР военных эмблем. С этим согласились все съезды Советов, торжественно обязавшиеся не вносить никаких изменений в герб РСФСР, принятый при В.И. Ленине. «Брежневская» конституция, таким образом, рвала с социалистической традицией, нарушала постановление съездов Советов. В гербах Узбекистана и Литвы был изменен цвет союзных государственных эмблем: серебряный урак (серп) и молот менялись на золотые. Эта «незначительная» унификация с эмблемами других республик, где серп и молот были золотыми, на самом деле была вызовом мусульманскому населению Узбекистана, провоцировала исламских деятелей на возмущение и критику «угнетательской» советской власти, ибо серебряный цвет — священный для мусульман, и он был сохранен в 1918 году и позднее, в 1936 году, а золотой цвет — цвет «неверных» по понятиям восточной геральдики — не может быть навязан цвету уважаемых государственных эмблем.

В отношении герба Литвы поступили ещё хуже: цвет дубовых листьев — национального дерева Литвы — в венке герба Литовской ССР был из тёмно-зеленого, традиционного, изменён так, что большая часть венка стала светло-зелёной. На геральдическом языке, который в Литве хорошо знали, это означало, что национальные символы поблекнут, что национальный дух будет ущемлён, что недалёк день заката Литвы. Кто был автором этого изменения, до сих пор неизвестно, но «брежневское» руководство бездумно санкционировало это изменение, зловещее значение которого можно оценить лишь теперь.

В течение 1978-1987 годов продолжались нарушения в области советской эмблематики и символики. Так, на почтовых марках произвольно менялись государственные цвета главных эмблем и герба СССР: они изображались голубым, розовым, оранжевым, золотым, красным цветом, как какие-нибудь арматюры (изображения, помещаемые на предметах обмундирования), хотя в государственных знаках почтовой оплаты во всем мире это считается недозволенным. Такие действия неуклонно снижали уважение к СССР за рубежом, вели к падению его международного престижа, ибо ясно указывали на некомпетентность государственной власти в вопросах политического и идейного значения геральдики и на неспособность этой власти контролировать, деятельность своих органов.


Нелепости постперестроечной эмблематики

Знамя великого князя владимирского было чёрного цвета; царя московского и всея Руси — красного, регального; позднее флаг Российской империи стал белым с золотой каймой и чёрным орлом.

В XIX веке флаг России неоднократно менялся: в 1802-1858 годах — бело-сине-красный (торговый, коммерческий); в 1858-1883 гг. — чёрно-жёлто-белый (государственный); в 1883-1917 гг. — вновь бело-сине-красный (государственный). В 1910 году было принято решение изменить государственные цвета флага России на красный и белый в связи с тем, что его трёхцветка похожа на голландское и французское сочетания государственных цветов, а синий цвет вообще никогда не был национальным цветом русских. Но в жизнь это решение не было проведено. В октябре 1917 года цвет государственного флага РСФСР, а затем СССР стал красный или алый, а с 1936 года — только красный. С 21 августа 1991 года флаг России стал бело-сине-красный, то есть аналогично бывшему торговому флагу.

Употребление орла в гербе было в средние века прерогативой только государств в ранге империи — этим их гербы отличались от всех других. Традиция эта идет от древнеримской империи, где жезл с фигурой орла был знаком цезаря — императора, верховного военачальника империи. Поэтому, когда на развалинах Древнего Рима возникли другие государства-империи, они присвоили себе в качестве главной эмблемы изображение орла, указывающее, что они ведут свою родословную от Древнего Рима, от римских цезарей.

Вслед за гибелью Византии её эмблему двуглавого чёрного орла на золотом фоне взяло Московское государство (царство), а позднее — Россия, Российская империя. Правда, юридических оснований для этой эмблемы Московское государство не имело, оно просто объявило себя «третьим Римом» на основе того, что царизм воспринял и сохранил византийскую религию и культуру, перенес на новую почву и считал себя исторически духовным наследником Византии.

Однако эти претензии, а потому и новый русский герб — двуглавый орел — не были, как известно, сразу признаны в Европе, ибо формальное условие для объявления себя наследником, на котором только и базировалось западное право, отсутствовало. Россия образовалась не на развалинах Византии, её национальная территория никогда не входила в пределы Византийской империи. Духовную же связь надо было доказать: западное правосознание не признавало её за факт…

В России, где орел как птица практически не был известен в её центральных, исторически наиболее развитых районах европейской части, орел никогда не имел никакого национального символического значения. Он употреблялся в двуглавом изображении как эмблема царизма в течение почти 450 лет (с 1473-го по 1917 г.) и служил символом деспотизма. Как национальная эмблема орел ни правящими, ни антицаристскими кругами никогда не воспринимался. Национальной эмблемой России считался Георгий Победоносец, покровитель Московского государства, а эмблемой рода Романовых, то есть династической, был гриф. Двуглавый орел был эмблемой определенной государственной системы — самодержавия.

В 1917 году после Октябрьской революции эта государственная эмблема была отменена, ибо коренным образом изменился характер государства, но она сохранялась между февралем и октябрем 1917 года при Временном правительстве, хотя в изображении орла и произошли в это время чисто геральдические изменения — он был «разоружён»: у него были изъяты скипетр, держава, корона, щит с груди и изменён цвет оперения — с чёрного на белый, то есть произведены изменения с геральдической точки зрения коренные и огромные, но совершенно ничтожные с политической. Это обстоятельство как бы подтверждало, что политика Временного правительства была, в сущности, продолжением царской, но в новых исторических обстоятельствах.

До 1 декабря 1993 года формально действовал старый герб РСФСР. Однако с осени 1991 года фактически был введен двуглавый орёл без регалий (выбит на монетах выпуска 1992-1993 гг., но не утвержден парламентом). Указом Президента 30 ноября 1993 года гербом РФ объявлен двуглавый орёл с регалиями (знаками монархической власти), но с поворотом Георгия Победоносца в левую сторону. Герб не внесён в Конституцию РФ, принятую 12 декабря 1993 г. Нынешний орёл — золотой, то есть «выше» чёрного царского, что для огрызка прежней империи нелепо и претенциозно.

Польский орёл благодаря белому цвету оказывался «выше» императорского немецкого и являлся для поляков эмблемой их национальной борьбы за независимость. Красное поле взывало к отмщению, к полю брани с немецким чёрным орлом. Эта идея, естественно, не противоречила идеям польского народного, социалистического государства, а потому эмблема белого орла осталась затем и гербом ПНР.

Уже во время второй мировой войны войска Гвардии Людовой, а затем и Армии Людовой использовали начиная с 1943 года эмблему белого орла без короны, подчеркивая тем самым не только республиканский характер польского государства, за восстановление которого они сражались, но и полный разрыв с политикой довоенной Польши Пилсудского, с польскими реакционными силами, которые довели страну до национальной катастрофы и которые использовали эмблему орла с короной.

Эта традиция эмблематического размежевания польских политических сил восходит еще к концу XVIII — первой половине XIX века, когда польские революционные повстанцы, участвовавшие в восстаниях 1795-го и 1831 годов в Польше, а затем в революционных событиях 1832 года во Франции, отказались от коронованного орла (первым об этом объявило «Демократическое Товарищество Польское»), считая его эмблемой польских политических сил, оставшихся на стороне царского правительства и французской монархии.

Таким образом, герб ПНР — орёл без короны — базировался на давней исторической традиции польского революционного национального движения. Естественно, что он поэтому отличался от герба версальской Польши, где орёл с короной выглядел анахронично и безграмотно, ибо республики не имеют прав на короны — это удел и привилегия монархий. Показательно, что «орёл с короной» не был утвержден по-настоящему даже в версальской Польше. Во-первых, в течение десяти лет — с 1917-го по 1927 год — шёл ожесточённый спор по этому вопросу между различными буржуазными партиями и силами. И Польша десять лет существовала без утвержденного государственного герба! Во-вторых, «решён» был этот вопрос в пользу орла с короной лишь после фашистского переворота Пилсудского в 1927 году, когда ни у кого уже в Польше личного мнения не спрашивали и многие были крайне недовольны таким «решением». В-третьих, с орла корону сняли вовсе не «коммунисты» и тем более не «русские», а польские патриоты, создавшие силы сопротивления фашизму, — так называемая Гвардия Людова.

На протяжении более полувека орёл с короной воспринимался поляками как символ регресса, как символ возврата к прошлому. Отсюда понятно, почему оппозиционные силы, начав борьбу за власть в 1980 году, в числе своих главных требований выставили возвращение к эмблеме польского белого орла с короной именно как к символу прошлого.

Это требование было осуществлено без проведения опроса народа в 1990 году простым актом правительства Мазовецкого, что было, так говорилось в заявлении «Солидарности», распространённом в связи с этим событием, «зримым подтверждением полного изменения политического и социального строя Польши», перечёркиванием всего того, что было связано с понятием ПНР.

Вопреки сложившемуся в последние годы расхожему мнению, трезубец никогда не был эмблемой Киевской Руси (хотя его упоминание в летописи под 1096 г. как орудия мучения имеет место). Не был он и национальной эмблемой Запорожья — первого прообраза украинского государства, поскольку эта земля была абсолютно изолирована от моря территорией Крымского ханства. Поэтому попытки вести происхождение современного украинского герба и его главной эмблемы от якобы «киевского трезубца» антиисторичны, искусственны и надуманы. Как и современный флаг Украины (жовто-блакитний прапор), трезубец не связан с национальной символикой украинского народа и не имеет корней в древней славянской исторической традиции. Трезуб (знак Святослава) являлся всего лишь родовой тамгой Рюриковичей и также никакой связи с Украиной не имеет, поскольку образование украинской нации произошло гораздо позднее. Превращение трезуба в герб Украины в 1992 году не имеет логически легитимных исторических объяснений. Это связано с геральдической некомпетентностью националистических деятелей Руха.

Жовто-блакитное сочетание цветов на украинском флаге связано с пожалованием в 1708 г. шведским королем Мазепе права употреблять в качестве значков (т.е. узких флажков) на пиках казачьих отрядов, прибывших в белорусскую ставку Карла, цвета шведского военного флага. Под этими «национальными» цветами отряд Мазепы сражался против армии Петра I под Полтавой. Во время гражданской войны жовто-блакитный флаг употреблялся войсками Петлюры, а во время Великой Отечественной войны — отрядами Бандеры.


Современная коммунистическая эмблематика

Эмблема КПРФ — серп и молот, наложенные на книгу. Главная составляющая здесь по законам геральдики — книга. Если поверить зюгановцам, что она символизирует «трудовую интеллигенцию», то становится понятно, кто по представлениям КПРФ — гегемон и лидер преобразований в обществе. Грамотно интеллигенция представлена в гербах КНДР (кисть для письма) и ГДР (циркуль). Книга же — не орудие какого-либо класса. Это эмблема просвещения, знания, образования. Поэтому вся эмблема КПРФ утверждает примат духовности над трудом.

В качестве эмблемы РКРП неофициально употребляются серп и молот, вписанные в шестерню. Шестерня является неотъемлемой частью любого механического станка, агрегата, машины и тем самым служит как бы символом машинного (заводского, промышленного) производства. Поэтому эмблема составлена грамотно и очень удачно. Указывается и основная социальная база, и ключевая отрасль.

Неотроцкистская группа с устрашающим названием ВКРРГБ изменила по-своему серп и молот. В её эмблеме молот развернут вертикально и наложен на серп. Таким образом планировалось подчеркнуть приоритет рабочего класса как революционной силы, однако, хоть эмблема теперь и называется «молот и серп», статус молота в ней понижен, а основным элементом стал… серп! Серп изображается всегда наложенным на молот. Это геральдически означает, что молот предшествует как геральдический знак серпу, старше его по значению в гербе. Но читается вся эмблема в том порядке, как её видит зритель: вначале называется серп, а затем — молот.

Не так давно под давлением умалишенных социал-демократов (и зюгановцы, и КПРФовская внутренняя фронда выступили в одном строю) Госдума чуть не опозорилась на весь свет. Совсем немного голосов не хватило, чтобы принять в государстве диктатуры буржуазии… советскую символику. В случае успеха наши знамёна были бы осквернены и дискредитированы, а нам пришлось бы выходить на демонстрации под чёрными. Смысл провокации в том, что тогда ответственная оппозиция смогла бы без угрызений совести скормить коммунистов репрессивным органам. Такая модель уже отработана в Белоруссии, но тамошняя власть хоть свою линию гнёт, а Ельцин и под красным флагом (это уже было!) останется компрадором.

Эмблематика нынешнего комсомола разработана слабо. Фактически имеются только значок ВЛКСМ, такой же с надписью «РКСМ(б)» и эмблема Ленинградской организации РКСМ(б) — звезда с изображением кулака. Собственно социалистического в последней эмблеме ничего, кроме красного цвета, а в чёрно-белом изображении её можно принять за принадлежащую какому-нибудь клубу. Это было бы ещё не страшно, если бы кулак на фоне красной пятиконечной звезды не был эмблемой русских троцкистов.

По книге Похлебкина Б.В. «Словарь международной символики и эмблематики». — 3-е изд., — М.: Международные отношения, 1995.